Среда, 19.12.2018, 04:21
На главную Регистрация Войти
Здравствуйте, Путник · RSS
[ Последние сообщения · Участники · Правила · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: St@rыйЮng@, Штирлиц  
Форум ПМО "Спас" » РАЗНОЕ » Общение » Хроники Великой Отечественной Войны. (повышаем наши с вами знания)
Хроники Великой Отечественной Войны.
ZauroFFДата: Четверг, 26.06.2008, 14:44 | Сообщение # 1
майор
Группа: Администратор
Сообщений: 209
Репутация: 1
Религия: Православие

Статус: Offline
каждый день по возможности я буду выкладывать информацию о том что произошло в этот день во время ВОВ.

25 Июня 1944

В течение 25 июня западнее города Витебск наши войска, развивая наступление, форсировали реку Западная Двина на фронте 30 километров и с боями заняли более 150 населённых пунктов, в числе которых Подоры, Комачино, Надежино, Поречье, Пятигорск, Сеньковщина, Ворохобка, Королино, Шарылино, Новые Соннаки, Вяжище, Задорожье, Теребетовка, Старое Село, Ковальки, Щербаки, Васьковичи и железнодорожные станции Старое Село, Лосвида. Восточнее Бешенковичи наши войска перерезали шоссейную дорогу Витебск — Лепель.

К югу от города Витебск наши войска, продолжая успешное наступление, овладели районными центрами Витебской области городом Сенно, городом и крупной железнодорожной станцией Богушевск, а также с боями заняли более 300 других населённых пунктов, в том числе Батраки, Билево-Сокольники, Подберезье, Прудники, Узварцы, Рудаковские, Каныши, Новоселки, Гнездиловичи, Дуброва, Берешево, Карповичи, Нерейша, Яново, Могилевка и железнодорожная станция Крестьянка. Войска, наступающие к югу от Витебска, перерезали шоссейную дорогу Витебск — Лепель в районе Гнездиловичи, где соединились с войсками, наступающими западнее Витебска.

Таким образом, в ходе наступления наши войска завершили окружение группировки немцев в составе пяти пехотных дивизий в районе Витебска.

Наши войска ворвались в город Витебск, где завязали уличные бои.

На Оршанском направлении наши войска, продолжая наступление, с боями заняли более 40 населённых пунктов. Среди них Бабиновичи, Иваньково, Заозерье, Большая и Малая Бабина, Орехи-Выдрица, Ступаки, Голяши, Мордашевичи, Теолин и железнодорожная станция Хлюстино (14 километров северо-восточнее Орши).

На Могилевском направлении наши войска, развивая успешное наступление, овладели районным центром Могилёвской области городом Чаусы, а также с боями заняли более 150 других населённых пунктов, в том числе крупные населённые пункты Углы, Ждановичи, Большое и Малое Бушково, Киркоры, Сухари, Васьковичи, Темривичи, Бординичи, Заречье.

Войска 1-го Белорусского фронта, перейдя в наступление из района юго-западнее города Жлобин, прорвали, при поддержке массированных ударов артиллерии и авиации, сильно укреплённую оборону немцев, прикрывающую Бобруйское направление, на участке протяжением 35 километров и за два дня наступательных боёв продвинулись вперёд до 30 километров, расширив прорыв до 80 километров по фронту. Одновременно севернее города Рогачев войска фронта форсировали реку Друть и прорвали сильную, глубоко эшелонированную оборону противника на фронте протяжением 30 километров и продвинулись в глубину до 12 километров. В ходе наступления войсками фронта освобождено более 100 населённых пунктов, среди которых Стайки, Дубцы, Ректа (23 километра северо-западнее Рогачева), Озеране, Дядовщина, Большая Коноплица, Веричев, Заполье, Кнышевичи (8 километров юго-западнее Паричи), Тумаровка, Заболотье, Ковчицы 1-е, Бараний Рог, Круки, Черные Броды, Протасы, Моисеевка, Прослише, Грабье, Мушичи и железнодорожная станция Мошна.

Таким образом, наши войска перерезали железную дорогу Бобруйск — Лунинец.

Между Онежским и Ладожским озёрами наши войска, преодолевая сопротивление и инженерные заграждения противника на лесных дорогах, продолжали наступление и с боями заняли населённые пункты Ташкеницы, Устье, Речная Сельга, Самбатукса, Пипилица, Сармяги, Обжа.

Севернее Онежского озера наши войска, форсировав реки Остер и Кумса, продвинулись к западу и югу от Медвежьегорска до 15 километров, заняв при этом населённые пункты Шарвары, Падун и железнодорожные станции Предмед Горский, Перегуба на Мурманской железной дороге.

На других участках фронта — без существенных изменений.

В течение 24 июня наши войска на всех фронтах подбили и уничтожили 44 немецких танка. В воздушных боях и огнём зенитной артиллерии сбито 48 самолётов противника.

Налёт нашей авиации на железнодорожный узел Полоцк и станцию Оболь

Наша авиация дальнего действия в ночь на 25 июня совершила налёт на железнодорожный узел Полоцк и станцию Оболь.

Во время налёта на железнодорожном узле Полоцк наблюдалось большое скопление эшелонов с войсками и военными мате риалами. Наши лётчики, осветив территорию узла светящимися бомбами, подвергли прицельной бомбардировке железнодорожные составы, склады и сооружения. На товарной станции возникло 10 очагов пожара, из них 3 особенно больших размеров. Огонь охватил несколько эшелонов и станционные постройки. В восточной части узла произошёл взрыв огромной силы.

На железнодорожной станции Оболь в результате массированного удара нашей авиации разбито и сожжено несколько железнодорожных эшелонов. На территории станции возникли пожары и произошли сильные взрывы.

Западнее города Витебск наши войска, преследуя разгромленные части противника, форсировали Западную Двину. Наступление наших войск было настолько стреми тельным, что отступившие в панике немцы даже не успели взорвать мост через реку. Быстро продвигаясь вперёд, советские части соединились с войсками, наступающими южнее города Витебск. Таким образом наши войска завершили окружение витебской группировки немцев. Дороги и районы боёв усеяны сотнями вражеских трупов. Повсюду валяется разбитая техника, а также вполне исправное вооружение, брошенное немцами. По неполным данным, за день боёв уничтожено 2.700 гитлеровцев, захвачено 12 самоходных и 50 полевых орудий, 230 пулемётов, 10 складов с боеприпасами и продовольствием, большое количество разного оружия и снаряжения. Взято в плен свыше 600 немецких солдат и офицеров. На сторону Красной Армии перешла в полном составе одна рота 56 немецкой пехотной дивизии.

К югу от города Витебск части Н-ского соединения штурмом заняли крупную железнодорожную станцию и узел грунтовых дорог город Богушевск и районный центр Витебской области город Сеяно. Враг несёт большие потери. По предварительным данным, советские войска за два дня уничтожили свыше 8 тысяч немецких солдат и офицеров, сожгли 28 танков и самоходных орудий, до 500 автомашин, разбили 140 орудий. Наши части захватили 104 орудия, 246 пулемётов, 41 миномёт, 25 радиостанций, 47 складов с военным имуществом, боеприпасами и продовольствием. Взято в плен более 700 немецких солдат и офицеров.

На Могилёвском направлении советские войска, преследуя отступающего врага, с хода форсировали реку Бася и в результате ожесточённого боя овладели городом Чаусы. Западный берег реки Бася немцы превратили в сильно укреплённый рубеж обороны, насыщенный огневыми средствами. Наша артиллерия, бомбардировочная и штурмовая авиация подавили огневые точки противника. Стремительным ударом советские части прорвали второй оборонительный рубеж противника и, успешно продвигаясь вперёд, заняли более 150 населённых пунктов. Подразделения Н-ской части разгромили немецкий пехотный полк и захватили полковое знамя. По неполным данным, бойцы H-ского соединения за два дня боёв уничтожили до 2.000 немецких солдат и офицеров. Захвачено 19 орудий, 54 пулемёта, 18 крупнокалиберных миномётов, 8 радио станций, 2 склада боеприпасов и много других трофеев.

Юго-западнее города Жлобин наши войска, после мощной артиллерийской подготовки и ударов авиации по укреплениям и огневым позициям противника, перешли в наступление. Опираясь на широко развитую сеть траншей и многочисленные дзоты, прикрытые минными полями и проволочными заграждениями, а также водными преградами и болотами, немцы оказывали отчаянное сопротивление. Однако советские войска, опрокинули противника, прорвали его оборону и, продвигаясь вперёд, заняли ряд населённых пунктов. По неполным данным, уничтожено более 2.000 гитлеровцев. Одновременно севернее города Рогачёв наши войска переправились через реку Друть. Советская пехота, поддержанная мощными ударами артиллерии и авиации, штурмом прорвала глубоко эшелонированную оборону противника и продолжает успешно продвигаться вперёд. На поле боя осталось свыше 1.700 вражеских трупов. Захвачено много трофеев и пленных.

Он был старшиной в 18 лет


Записи предоставлены внучкой, Кудрявцевой Анной Александровной

Ваш дедушка Ваня рос без отца. Отец ушел, когда Ване было один или два года. Петр Сергеевич, отец, был призван в армию, а после службы уехал учиться в Орел. Там он встретил свою будущую вторую жену, полюбил ее, развелся с Марией Михайловной, матерью дедушки. У него от второго брака было двое детей. Дочь Татьяна, которая рано умерла, в 21 год, и сын Сергей, с которым он доживал свой век. В послевоенные годы он работал директором плодово-ягодного питомника в Орле. Контакта с вашим дедушкой не поддерживал, так как вторая жена была против.

В детстве дедушка был предоставлен сам себе. Мать работала, а он учился и вел хозяйство. Был отчаянным, гордым, себя в обиду не давал, так как его некому было защитить. Примерно в 10-летнем возрасте он чуть было не утонул. Летом он со своими сверстниками купался и катался на лодках в пруду ПКиО на Госпитальной площади. Лодка перевернулась на середине пруда. Плавал он плохо, да еще и мал был, а пруд широкий. Стал тонуть, но кто-то спас. Об этом случае он тогда никому не рассказал. Только уже будучи взрослым признался.

В июне 1941 года, окончив 7 классов, 15-летний мальчишка поехал с тетей к своему дедушке Сергею на летние каникулы. Дедушка его жил в пос. Советская Культура Курской области. В дороге его настигло сообщение о начале ВОВ. Возвратиться в Москву он не мог, так как фашисты наступали молниеносно, бомбя ж/д и автомобильные дороги, города и села. Когда немцами было оккупировано село Советская Культура, дедушка Ваня со своими сверстниками ушел в лес. Жили в землянке. А узнав, что отряд партизан организован командиром Красной Армии, попавшим в окружение со своими бойцами, попросился в отряд. Ему тогда было 16 лет. Дедушка находился в отряде им. Чкалова 2-ой Курской партизанской бригады им. Дзержинского с 29 ноября 1942 года по март 1943 года в должности бойца.

Первое боевое крещение было у дедушки с карательным отрядом немцев. Каратели ехали в село, которое снабжало партизан продовольствием: хлебом, картошкой; делились тем, чем могли. Кто-то предал своих односельчан, каратели жестоко расправлялись, чтобы другим было неповадно. Они сжигали дома, а людей, в лучшем случае, расстреливали, в худшем - заживо сжигали или живьем закапывали в землю. Узнав, по какой дороге едут немцы, партизаны устроили им засаду. Для дедушки это был первый бой с немцами. В начале он стрелял чуть ли не с закрытыми глазами, руки тряслись от нервного напряжения, не слушались. Но вскоре это состояние прошло. Выпустил всю обойму и убил одного немца. Карательный отряд в село не пропустили.

Партизаны базировались в брянских и хинельских лесах. Там дедушка переболел тифом. Его дедушка Сергей, узнав, что внук болен, поехал его навестить. Там он заразился, заболел и умер.

После соединения партизан с частями Красной Армии, выбыл в училище. Но училище не закончил. Во время учебы к ним приехал военный, который набирал добровольцев в десантный полк. Дедушка записался туда. После прохождения обучения дедушка владел всеми видами оружия, мог водить все виды транспорта, владел приемами рукопашного боя, прыгал с парашютом и т.д. За годы войны он сделал 63 прыжка. После обучения он десантировался в Финляндию, где был ранен в должности радиотелефониста. Десантировался в тыл врага при форсировании нашими войсками Днепра. Широкая, глубокая, многоводная река с высоким правым берегом представляла серьезную естественную преграду для наступающих наших войск. "Скорее Днепр потечет обратно, - заявил Гитлер, - чем русские преодолеют эту мощную водную преграду 700-900 метров ширины, правый берег которой представляет беспрерывную цепь дотов, природную неприступную крепость". Но русские преодолели. О форсировании Днепра можно вечно складывать легенды, о мужестве и героизме советских воинов. Не одну тысячу солдат и офицеров похоронил в своих водах Днепр.

Попытка десантироваться за Днепр была неудачной. Это была трагедия для десантного полка. Кто виноват в этом - трудно ответить: летчики, погодные условия, ветер, туман... Десантники были сброшены не в тыл к немцам, чтобы с тыла нанести удар, а в Днепр и на головы немцам. Остались в живых единицы: те, кто был ближе к левому берегу, к своим. Им удалось выбраться на берег, к своим. В числе этих счастливчиков был и ваш дедушка. Полк расформировали. И с этого момента служба дедушки проходила в артполку, в разведроте. В очередном бою он был ранен в плечо, навылет. Пуля прошла через мышцу, не задев кость. Дедушка лежал в госпитале в г. Могилев. Он часто вспоминал. как хирург чистил ему рану шомполом, без наркоза. Медикаментов не хватало. Давали стакан водки и привязывали к хирургическому столу. Боль была невыносимая. Что мог делать дедушка, так это ругать медперсонал нецензурными словами. Но "враг" вычистил рану хорошо, спас от гангрены и сохранил руку и жизнь. Примерно в это время, его полк, который стоял под Могилевым, получил приказ о перебазировании в направлении на Венгрию. Венгрия была верной союзницей Германии. Немцы качали у них нефть, вывозили мясо, хлеб. Венгрия поставляла им солдат. Освобождение Венгрии нашими войсками сулило военный выигрыш, а для немцев это было равносильно смерти. А потому гитлеровское командование сильно укрепило оборону Будапешта и другие стратегически важные узлы. Будапешт превратился в крепость. Наступление на Будапешт началось в октябре 1944 года и закончилось лишь в феврале 1945 года. Окончательный разгром основных сил противника в Венгрии был в районе озера Балатон, юго-западнее Будапешта.

Узнав от товарищей, которые навещали дедушку в госпитале, что полк уезжает, он и еще несколько человек решили убежать без выписки в свой полк. Что и сделали. Но за такое во время войны строго наказывали. А так как они убежали, у них при себе не было никаких документов. А в годы войны, да на бывшей оккупированной земле, всех строго проверяли. Их могли принять за дезертиров, немецких агентов, бывших полицаев. Первый же патруль мог забрать их на проверку. Что и случилось бы. Когда им захотелось есть, они зашли в бар. Поели, а расплачиваться нечем. Буфетчица позвала проходивший мимо патруль (офицер и два солдата). Что делать? И дедушка с однополчанами разоружили патруль, связали их, оружие поставили рядом и убежали. Весть о ЧП облетела все воинские части, стоящие под Могилевым. Было известно, кто и из какой части это сделал. Полк стоял за городом и добираться туда раненым пешим ходом было трудно. Увидев автомашину, бойцы проголосовали, сели, но в кабине сидел генерал, и потому они, как по команде, открыли дверцы и на полном ходу выпрыгнули. На отклик генерала "стоять" не отреагировали, убежали в лес. Генерал уже знал о случившемся. Им грозил военный трибунал. Ночью пробрались к своим, в часть. Солдаты-друзья уже ждали их. Спрятали на сеновале. Полковой врач делал им перевязки. Через некоторое время, когда страсти улеглись и гнев прошел, они явились к генералу с повинной. Он их простил. Генерал был умным, храбрым, понимающим человеком. Дедушке тогда было 17 лет. Его год еще не был призван в армию.

Так дедушка оказался в Венгрии со своим полком. Будучи бойцом 3-его Украинского фронта, участвовал в разгроме танковой группы немцев юго-западнее Будапешта и овладении городами Секещфехервар, Мор и др. в районе озера Балатон. За освобождение Венгрии от немцев отдали свою жизнь 140 тысяч бойцов и офицеров 2-ого и 3-го Украинских фронтов. В свои 18 лет дедушка стал старшиной и командовал взводом. Имел много правительственных наград: орден "Красная Звезда", несколько медалей и благодарностей. Но звание старшины и все награды, за исключением "Благодарности" т. Сталина в разгроме немцев юго-западнее Будапешта, дедушка потерял.

В его фронтовой службе был драматический случай. Он со своим взводом получил задание - проверить женский монастырь - нет ли там немцев. Взвод пробрался туда ночью. Проверили - немцев не оказалось, но проверяя, они наткнулись на винные погреба, где хранились многолетние вина. Солдаты не удержались, попробовали. Увидев монашку, перебегающую двор, один из солдат выстрелил вверх по пьяни, чтобы напугать ее. А в воинской части услышали выстрел и решили, что в монастыре немцы. И двинули войска к монастырю. За этот поступок весь взвод отправили в штрафную роту, лишив всех воинских наград и званий. Штрафников в годы войны посылали на самые смертельно-опасные задания, где они своей кровью должны были смыть свою вину перед Родиной. Штрафник должен был или умереть или быть раненым. Только тогда он получал реабилитацию и возвращался в свою часть, но воинское звание и награды не возвращались. В это время наши войска не могли освободить от немцев очень укрепленную гостиницу в горах. Туда вела лишь одна горная дорога. Со всех сторон были отвесные неприступные камни. Дорога хорошо просматривалась немцами. И в лоб наши войска не могли взять ее. На взятие этой гостиницы послали штрафников с вашим дедушкой. Дали задание - в течение суток овладеть гостиницей. Солдаты, все бывшие десантники, смелые, отчаянные, повидавшие уже многое, не один раз смотревшие смерти в глаза, не новички на фронте... как в песне поется "пол-Европы прошагали, проползли..." Они облазили все горы вокруг и нашли старые туристические скобы. Ночью, вооруженные до зубов, они поднялись на гору по скобам. Немцы не ожидали их с этой стороны. Начался рукопашный бой. Дедушка получил на всю жизнь шишку на голове от удара немецкой каски или приклада. Во время боя в окопах на его пути попался огромный немец, с которым дедушка один не справился бы. Выручил его друг, украинец Лисеченко, шедший за ним. Он был старше и физически сильнее дедушки. Был настоящим другом. Гостиница был освобождена от немцев.

Там дедушка получил ранение в ногу. Смыл свою вину перед Родиной. Вернулся в свой полк, но звание старшины и награды ему не возвратили. О чем он всю жизнь очень сожалел и с горечью вспоминал. Было ему очень обидно.

Еще в Венгрии с ним был забавный случай. Как он переплывал Дунай в районе Будапешта. Воинская часть в то время стояла в Будапеште. Река разделяла город на Буду и Пешту. Купаясь в реке, дедушка поспорил, что переплывет Дунай. Дунай - очень быстрая, глубокая, судоходная река. На середине реки дедушка приметил остров и решил, что, мол, доплыву до острова, отдохну и дальше поплыву. Но не тут-то было, течение очень сильное, и его отнесло от острова. Сил плыть дальше не было. Он лег на спину, отдохнул, подумал. Река за городом делает поворот и при повороте может вынести и прибить к берегу. Обдумав, он лег на спину и предоставил реке делать свое дело. Дунай вынес его на другой берег. Чтобы попасть в свою часть, надо было идти по городу и через мост. Везде стоял патруль, проверяющий документы. А у него кроме трусов ничего. Но солдаты сообщили командиру полка, и весть о том, что на том берегу может оказаться русский солдат в трусах, облетела все патрульные посты. Дедушка прошагал по мосту под громкий смех патрульных. Но наш дед в своем поступке был не одинок. Были еще смельчаки, переплывшие Дунай.

После победы над фашистами началась демобилизация солдат. Лисеченко и другие друзья-однополчане уехали домой, а дедушкины ровестники отслужили только год. И он со своими ВДВ уехал дослуживать на Дальний Восток, в Уссурийский край. Где и прослужил до 2 октября 1950 года. Итого, в рядах Красной Армии пробыл 8 лет. В последние годы службы он окончил шоферские курсы, получил удостоверение водителя. Служа на ДВК дедушка принимал активное участие в армейской жизни. Занимал первые места на соревнованиях, о чем очень скромно рассказывал. Стрелял за своих командиров из пистолета (сдавал за них норму), занимался боксом. Участвовал в гонках на мотоциклах, дослужил до командира взвода. Перед окончанием службы подал прошение о возвращении воинских наград в Особый отдел Армии. Но ему дали только медаль "За боевые заслуги". Это очень обидело дедушку. Когда вернулся в Москву, поступил учеником фрезеровщика и на подготовительные курсы для поступления в Авиационный техникум на вечернее отделение. Четыре года днем работал, а вечером учился. В 1955 году перешел на должность инженера-технолога и в этом же году женился на мне. Ему было 28 лет.

Жизнь начиналась с нуля. Дедушка приехал в гимнастерке и сапогах, у меня не было ничего кроме чемодана с книгами. О фронтовой жизни рассказывал редко, разве когда выпьет или случай придет.

Написано 13 ноября 2002 года.

Кудрявцев Иван Петрович - 4 сентября 1926 года - 20 ноября 2002 года
Кудрявцева Лидия Викторовна - 4 октября 1929 года - 5 марта 2005 года

Добавлено (26.06.2008, 14:44)
---------------------------------------------
26 Июня 1944



Войска 1-го ПРИБАЛТИЙСКОГО и 3-го БЕЛОРУССКОГО фронтов вели бои по уничтожению окружённой группировки противника в районе ВИТЕБСКА и, сжимая кольцо окружения, штурмом овладели крупным областным центром Белоруссии городом ВИТЕБСК — важным стратегическим узлом обороны немцев на западном направлении.

Западнее и юго-западнее города ВИТЕБСК наши войска, развивая успешное наступление, овладели районным центром Витебской области городом БЕШЕНКОВИЧИ и с боями заняли более 700 других населённых пунктов, в том числе город УЛЛА, крупные населённые пункты ОБОЛЬ, БОЧЕЙКОВО, КАМЕНЬЩИНА, АЛЕКСИНИЧИ, ЧЕРЕЯ и железнодорожные станции КНЯЖНИЦА, ОБОЛЬ (на железной дороге ВИТЕБСК — ПОЛОЦК).

На ОРШАНСКОМ направлении наши войска с боями продвигались вперёд и овладели районными центрами Витебской области — городом ДУБРОВНО, городом и крупной железнодорожной станцией ТОЛОЧИН, а также заняли более 400 других населённых пунктов, в том числе СТАЙКИ, СМОЛЯНЫ, ОБОЛЬЦЫ, ПИЩАЛОВА (3 километра севернее ОРШИ), СОЛОВЬИ, КАРАБАНОВИЧИ, СВАТОШИЦА, ЦЫБУЛЬ-СКАЯ и железнодорожные станции СТАЙКИ, ЮРЦЕВО, СМОЛЯНЫ, ЛЕМНИЦА. Наши войска перерезали шоссейную и железную дороги ОРША — БОРИСОВ и железную дорогу ОРША — ЛЕПЕЛЬ.

На МОГИЛЕВСКОМ направлении наши войска, успешно продвигаясь вперёд, с боем овладели районным центром Могилёвской области городом ГОРКИ, а также заняли более 450 других населённых пунктов, в том числе крупный населённые пункты МАСАЛЫКИ, СЛОБОДА КАЗИМИРОВСКАЯ, СТАН, ТИМОХОВКА, РУДИЦЫ, ФАЩЕВКА, ДУБРОВКА, БЕЛЬ, ПЛЕЩИЦЫ, ЕВДОКИМОВИЧИ, МОСТОК (10 километров северо-восточнее МОГИЛЕВ), МАШИНАКИ, ЗАРУДЕЕВКА, БОЛЬШИЕ и МАЛЫЕ АМХИ-НИЧИ, ГАРБОВИЧИ, ОСТРОВЫ и железнодорожные станции ЧАУСЫ, БЛАГОВИЧИ, РЕСТА, ПОГОДИНО.

Наши войска вышли к реке ДНЕПР севернее города МОГИЛЕВ.

Войска 1-го БЕЛОРУССКОГО фронта, продолжая успешное наступление, овладели городом и крупным железнодорожным узлом ЖЛОБИН — важным опорным пунктом обороны немцев на БОБРУЙСКОМ направлении, а также с боями заняли более 150 других населённых пунктов, среди которых районный центр Полесской области город ПАРИЧИ и крупные населённые пункты ОСОВНИК, БОЛЬШАЯ и МАЛАЯ КРУШИ НОВКА, ФАЛЕВИЧИ, КОШАРЫ, ЗАБОЛОТЬЕ, СОЛОНОЕ, МОРМАЛЬ, ЗДУДИЧИ, КОЗ ЛОВКА, БРОЖА, РАТМИРОВИЧИ, ОЗЕМЛЯ, ЛОМОВИЧИ и железнодорожные станции ЖЛОБИН-ПОДОЛЬСКАЯ, МОРМАЛЬ, БРОЖА, РАТМИРОВИЧИ.

Между ОНЕЖСКИМ и ЛАДОЖСКИМ озёрами наши войска овладели районным центром Карело-Финской ССР городом ОЛОНЕЦ и с боями заняли более 40 других населённых пунктов, в числе которых КАРПОВКА, ЗИНИКОВО, КУЙТАЖИ, НАНУЛИ-ЦА, СУДАЛИЦА, ЮКСИЛА, КОТЧИЛА.

Севернее ОНЕЖСКОГО озера наши войска, продолжая развивать наступление к западу и югу от города МЕДВЕЖЬЕГОРСК, продвинулись вперёд до 30 километров и заняли населённые пункты КАРЕЛЬСКАЯ МАСЕЛЬГА, ЛОСИНАЯ ГОРА, МЕДВЕЖЬЯ ГОРА, ПЕРЕГУБА и железнодорожные станции УНИЦА, КЯППЕСЕЛЬГА (на Мурманской железной дороге).

В ФИНСКОМ заливе наши войска полностью очистили от противника острова КОЙВИСТО и ТИУРИН-САРИ.

На других участках фронта — без перемен.

В течение 25 июня наши войска на всех фронтах подбили и уничтожили 28 немецких танков. В воздушных боях и огнём зенитной артиллерии сбито 29 самолётов противника.

* * *

Сегодня войска 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов штурмом заняли областной центр Белоруссии город Витебск. Выбив вчера немцев из восточной части города, советские войска с наступлением темноты форсировали Западную Двину и начали штурм западной части города. Другие наши части ворвались в Витебск с запада. Всю ночь советские бойцы вели ожесточённые бои, выбивая гитлеровцев из домов, подвалов и укрытий. К утру 26 июня Витебск был полностью очищен от немецко-фашистских захватчиков. На улицах города осталось свыше 6 тысяч вражеских трупов. Захвачены богатые трофеи, в том числе 10 паровозов, 3 железнодорожных со става с военным имуществом, 1.100 авто машин, огромное количество вооружения и боеприпасов. Учёт трофеев продолжается. Взято в плен до 1.000 немецких солдат и офицеров. Западнее Витебска наши войска всё теснее сжимали кольцо вокруг немецкой группировки. Все попытки противника вырваться из окружения успешно отражены. Захвачено много пленных. Стремительным ударом советские войска рассекли окружённую группировку немцев на две части и ведут бои за полное их уничтожение.

* * *

Западнее и юго-западнее города Витебск части Н-ского соединения обошли с трех сторон районный центр Витебской области Бешенковичи и штурмом овладели им. В бою за этот важный узел грунтовых дорог уничтожено более 1.000 гитлеровцев. Отражая контратаки противника, наши войска успешно продвигались вперёд и заняли свыше 700 населённых пунктов. Взято много трофеев. Н-ская часть захватила 6 танков, миномётную и 2 артиллерийские батареи.

* * *

На Оршанском направлении наши войска, стремительно продвигаясь вперёд, обошли Оршу с севера и заняли более 400 населённых пунктов, в том числе узлы грунтовых дорог Обольцы и Смоляны. Противник пытается задержать советские войска на промежуточных рубежах. Наши подвижные части умелыми обходными маневрами прорываются в тылы противника, истребляют его живую силу, уничтожают и захватывают технику и вооружение. На ряде участков немцы беспорядочно отходят, бросая снаряжение, боеприпасы и военное имущество. В одном селении наши бойцы захватили 300 автомашин, 3 склада с боеприпасами и свыше 30 тяжёлых орудий. В селении Обольцы советские конные отряды стремительной атакой разгромили вражеский гарнизон, захватили 30 автомашин и взяли в плен 100 немцев. На другом участке советские подразделения окружили и уничтожили крупный немецкий отряд и захватили в плен 400 немецких солдат и офицеров. За день боёв наши части захватили 14 танков и самоходных орудий, свыше 90 орудий разного калибра, 212 пулемётов, 246 автомашин, 500 лошадей и другие трофеи.

* * *

На Могилёвском направлении наши войска вышли к реке Днепр севернее города Могилёв, перерезав таким образом важную рокадную шоссейную дорогу Могилёв — Орша. Контратаки противника успеха не имели. Под ударами советских частей немцы несут огромные потери и откатываются на запад. Взято много пленных и богатые трофеи.

* * *

Войска 1-го Белорусского фронта, сломив ожесточённое сопротивление противника, штурмом овладели городом Жлобин. Немцы, опираясь на заранее подготовленные оборонительные рубежи, предпринимают одну за другой яростные контратаки. Н-ское соединение за день отразило 16 вражеских контратак. Советские бойцы уничтожили до 2 тысяч гитлеровцев и сожгли 15 танков. Западнее города Рогачёв наши наступающие части истребили свыше 900 немецких солдат и офицеров, захватили 3 танка и 3 самоходных орудия. Советские лётчики сбили 13 самолётов противника.

Очередное жульничество гитлеровского командования

Советское Информбюро 22 июня опубликовало военные и политические итоги трёх лет Отечественной войны Советского Союза. В этом сообщении указывалось, что немецко-фашистские войска на советско-германском фронте за три года войны потеряли 7.800.000 солдат и офицеров убитыми и пленными, до 70.000 танков, 60.000 самолётов, более 90.000 орудий. Далее Совинформбюро сообщило, что за три года войны Красная Армия потеряла 5.300 тысяч человек убитыми, пленными и пропавшими без вести. Гитлеровцы из кожи лезут вон, чтобы опорочить эти достоверные данные. Немецкое верховное командование опубликовало фальшивку о потерях советских войск. Берлинские жулики совершают грубый подлог, уверяя всех и вся, будто «согласно советскому сообщению Красная Армия потеряла 5,3 миллиона человек убитыми». Берлинские шулера с умыслом опустили в цитате из советского сообщения слова «пленными и пропавшими без вести», а затем нагло заявляют, что Совинформбюро не указало «цифру советских потерь военнопленными, опубликовав лишь данные об убитых». При этом немецкое командование утверждает, что «свыше 5.600 тысяч советских военнопленных находится в германских руках». Весь мир знает, как немцы фабрикуют «военнопленных». Уже неоднократно доказано, что по приказу немецкого командования немецкие военные власти на временно оккупированной советской территории хватают мирных советских граждан, в том числе женщин и детей, загоняют их в лагери и объявляют военнопленными. Таких-то «военнопленных», захваченных не на поле боя, а в собственном жилище, изнывающих ныне в многочисленных немецких концлагерях, наберётся не 5.600 тысяч, а побольше.

Назвав лживые умопомрачительные цифры потерь советских войск, немецкое командование умалчивает о своих собственных потерях. Гитлеровская шайка пуще огня боится правды и всячески старается скрыть катастрофические потери немецкой армии в живой силе и технике на советско-германском фронте. Немецкое командование боится сообщить германскому народу, сколько миллионов немецких солдат и офицеров завоевало себе не жизненное, а могильное пространство на Востоке и похоронено на советской земле, сколько десятков тысяч танков, самолётов и орудий потеряла немецкая армия. Гитлеровцы проигрывают одно за другим сражения на поле боя. Зато они зарекомендовали себя непревзойдёнными мастерами лжи, фальшивок и подлогов.


Мама для тебя поёт: "Поспи крошка,
Детство - мёд,
Поживи немножко и дёгтя ложка
Постучит холодным металлом в окно,
И потянет на дно.
Всё одно, лет через 10 приходи ширяться,
вскрываться на раз, заразой цепляться
За разные судьбы, за разбитые лица,
Биться в близком блице за условные единицы.
Приходи - все готовы, всегда готовы
Невесты-жёны, они же вдовы,
Те, кто направит и кто достанет,
понимая - чувачoк-то ведь до ста не дотянет,
Белым пальцем поманят и не отпустят.
Пусть те, которые пока не знают, где устье,
В воду не входят, вернуться не просто.
Костный мозг врастает венами в остров.
 
orda2005Дата: Четверг, 26.06.2008, 18:55 | Сообщение # 2
капитан
Группа: SuperМодератор
Сообщений: 147
Репутация: 1

Статус: Offline
А почему год только 44?

Ваня
 
ZauroFFДата: Четверг, 26.06.2008, 23:34 | Сообщение # 3
майор
Группа: Администратор
Сообщений: 209
Репутация: 1
Религия: Православие

Статус: Offline
Ваня читай внимательно))))))

ZauroFF,

Quote
каждый день по возможности я буду выкладывать информацию о том что произошло в этот день во время ВОВ.

цитирую себя как философа какого-то))

Добавлено (26.06.2008, 23:30)
---------------------------------------------
27 Июня 1944

Юго-западнее города ВИТЕБСК наши войска завершили ликвидацию окружённой группировки противника в составе 4, 197, 206, 246 пехотных и 6 авиаполевой дивизий. Ввиду отчаянного сопротивления, большая часть окружённых немецких войск была перебита нашими войсками; при этом противник оставил на поле боя более 20.000 трупов. Остатки этих дивизий приняли ультиматум Советского Командования о капитуляции, прекратили сопротивление и сложили оружие. По предварительным данным, сдалось в плен свыше 10.000 немецких солдат и офицеров.

Войска 3-го БЕЛОРУССКОГО фронта, развивая наступление, 27 июня овладели городом и оперативно-важным железнодорожным узлом ОРША.

На ЛЕПЕЛЬСКОМ направлении наши войска с боями продвигались вперёд и овладели районным центром Витебской области городом ЧАШНИКИ, а также заняли более 200 других населённых пунктов, среди которых крупные населённые пункты УСВЕЯ, УСАЯ, ХОТИНО, БАТУКОЛОВО, КАМЕНЬ, МЕДВЕЦК, КОЗАНОВКА, ЛУКОМЛЬ, ЛИСИЧИНО и железнодорожные станции ВЯТНЫ, ЧАШНИКИ.

На МИНСКОМ направлении наши войска, развивая успешное наступление, с боями заняли более 350 населённых пунктов, в том числе крупные населённые пункты РИДОМЛЯ, РАВЕТИЧИ, БУШМИН, МАЛОЕ ГАЛЬЦЕВО, ВОЛОСОВО, КЛУБИНИЧИ, ЗАБОРЬЕ, ОБЧУГА, БОБР и железнодорожная станция БОБР.

На МОГИЛЕВСКОМ направлении наши войска, преследуя противника, повсеместно вышли к восточному берегу реки ДНЕПР на участке ОРША, МОГИЛЕВ, БЫХОВ, освободив при этом более 300 населённых пунктов, среди которых крупные населённые пункты ЗУБОВА, КОПЫСТЬ, НИКИТИНИЧИ, РЖАВЦЫ, ЗАРЕЧЬЕ, ЛУПОЛОВО, СИДОРОВИЧИ, СЛЕДЮКИ и железнодорожные станции ЗУБРЫ, ДАРЫ, ЛУПОЛОВО. Наши войска форсировали реку ДНЕПР севернее и южнее города МОГИЛЕВ, перерезали железную дорогу ОРША — МОГИЛЕВ и завязали уличные бои в городе МОГИЛЕВ.

На БОБРУЙСКОМ направлении наши войска, развивая охватывающие удары с востока и юга на БОБРУЙСК, завершили окружение группировки противника, состоящей из пяти пехотных дивизий, в районе БОБРУЙСКА и юго-восточнее города. В ходе наступательных боёв наши войска овладели районными центрами Полесской области городом ГЛУСК и КАРПИЛОВКА, а также заняли более 600 других населённых пунктов, в числе которых крупные населённые пункты ГОРОДЕЦ, ПАЦОВА СЛОБОДА, ПОД-РЕЧЬЕ, ТИТОВКА, ДВОРЯНИНОВИЧИ, БИРЧА, ШЕДРИН, ПЕКАЛИЧИ, ВАСИЛЕВКА, ЛАМЫ (5 километров южнее БОБРУЙСКА), ВЕРЕЗОВИЧИ, СЫЧКОВО, БАРАНОВИЧИ, ГЛУША, ЖОЛВИНЕЦ, БАЛАШЕВИЧИ, ЗУБАРЕВИЧИ, ХОЙНО, КОЛКИ и железнодорожные станции ЗАГРАДЬЕ, КРАСНЫЙ БЕРЕГ, ОМЕЛЬНЯ, КРАСНЫЙ БРОД, ЗАЛЕСЬЕ, РАБКОР, МИРАДИНО. Наши войска перерезали железную и шоссейную дороги БОБРУЙСК — МИНСК, вплотную подошли к городу БОБРУЙСК и завязали бои на окраинах города.

Между ОНЕЖСКИМ и ЛАДОЖСКИМ озёрами наши войска с боями продвигались вперёд и овладели районным центром Карело-Финской ССР ШЕЛТОЗЕРО, а также заняли более 30 других населённых пунктов, среди которых РОСТАНЬ, ЛАДВА, РОЗМЕГА, РЕВСЕЛЬГА, ЧИЛЬМОЗЕРО, УЛВАНЫ, НОВИНКИ, НУРМАЛИЦА, РАБОЛА и железно дорожные станции ТОКАРИ, РЕВСЕЛЬГА, ПАЙ, ТАРЖЕПОЛЬ, ЛАДВА.

На других участках фронта — без перемен.

За 26 июня наши войска на всех фронтах подбили и уничтожили 38 немецких танков. В воздушных боях и огнём зенитной артиллерии сбито 34 самолёта противника.

* * *

Налёт нашей авиации на железнодорожные узлы Осиповичи, Полоцк и железнодорожные станции Борисов, Янув, Ловча, Лунинец, Пинск

В ночь на 27 июня наша авиация дальнего действия совершила налет на железнодорожные узлы Осиповичи, Полоцк, железнодорожные станции Борисов, Янув, Пинск, Ловча, Лутинец.

К моменту налёта нашей авиации на железнодорожном узле Осиповичи находилось большое отопление железнодорожных эшелонов противника с войсками, боеприпасами и различной военной техникой. Обрушив на эшелоны врага бомбовый груз, наши лётчики вызвали более 20 очагов пожара. Горели железнодорожные эшелоны и военные склады противника. Произошло 18 больших взрывов.

Бомбардировкой железнодорожного узла Полоцк вызвано 7 крупных очагов пожара. Горели склады и железнодорожные эшелоны немцев. Произошло 3 взрыва, в том числе один взрыв огромной силы.

В результате бомбардировки на железно дорожной станции Борисов возникло 8 очагов пожара, на станциях Лунинец, Ловча, Пинск и Янув — 15 очагов пожара. Наши лётчики ясно видели, как горели железно дорожные эшелоны и поочерёдно происходили большие взрывы.

Юго-западнее города Витебск окружённая группировка противника неоднократно предпринимала отчаянные попытки прорваться сквозь железное кольцо советских войск. Каждый раз вражеские колонны наталкивались на мощный артиллерийско-миномётный огонь и, неся огромные потери, откатывались назад. Сегодня между 11 и 12 часами дня командование немецкой окружённой группировки приняло ультиматум Советского командования и капитулировало. Сдалось в плен свыше 10 тысяч немецких солдат и офицеров. Захвачены большие трофеи.

* * *

Войска 3-гo Белорусского фронта, стремительно продвигаясь вперёд, ворвались на северную и северо-западную окраины города Орша и завязали бои на его улицах. Одновременно наши части нанесли удар с востока, с хода форсировали Днепр и вышли в центральные кварталы города. В ожесточённом сражении наши части наголову разбили крупный гарнизон противника. К утру 27 июня советские воины освободили крупнейший узел шоссейных и железных дорог город Орша — мощный бастион обороны немцев на Минском направлении. На других участках наши войска быстро продвигались вперёд, громя на своём пути разбитые немецкие части. Захвачены 164 орудия, 116 миномётов, 315 пулемётов, 10 паровозов, 110 вагонов, 51 склад с боеприпасами я военным имуществом. В это число не входят трофеи наших войск, захваченные в Орше. На ряде участков деморализованные солдаты и офицеры противника большими группами сдаются в плен.

* * *

На Могилёвском направлении наши войска вышли на широком фронте к Днепру и, преодолев сопротивление противника, форсировали реку севернее и южнее Могилёва. Советские танковые и пехотные части перерезали железную дорогу Могилёв — Орша и, развивая успех, ворвались на южную восточную и северную окраины Могилёва. Только одно наше соединение в ожесточённых боях уничтожило свыше полка вражеской пехоты и захватало 25 орудий, 30 пулемётов, 700 винтовок, 5 складов с боеприпасами и продовольствием. Севернее Могилёва полностью уничтожен батальон мотоциклистов. На другом участке разбита унтер-офицерская школа 337 немецкой пехот ной дивизии, а остатки её взяты в плен.

* * *

На Бобруйском направлении наши части, наступающие между реками Березина и Птичь, стремительным броском прорвались в район западнее города Бобруйск и соединились с частями, наносящими охватывающий удар с востока. В результате этой блестящей операции советские войска окружили в районе Бобруйска 5 немецких пехотных дивизий. Враг несёт огромные потери. Части Н-ского соединения за три дня истребили до 8 тысяч гитлеровцев, подбили и сожгли 40 танков и самоходных орудий.

* * *

Между Ладожским и Онежским озерами наши войска продолжали успешное наступление. Отступая под ударами советских частей, финны бросают на путях отхода большое количество вооружения, техники и военного имущества. Подразделения Н-ской части за день уничтожили до 900 финских солдат и офицеров, захватили 9 орудий, 16 миномётов, 60 пулемётов, свыше 80 автомашин, 200 велосипедов, 14 складов с боеприпасами и продовольствием. Взято много пленных. Наши бойцы освободили 1.500 советских граждан, которых финны угоняли в глубь Финляндии.

Добавлено (26.06.2008, 23:34)
---------------------------------------------
Священная война
Музыка: А.Александров Слова: В.Лебедев-Кумач 1941 г
Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой.

Припев:

Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, —
Идет война народная,
Священная война!

Как два различных полюса,
Во всем враждебны мы.
За свет и мир мы боремся,
Они — за царство тьмы.

Припев.

Дадим отпор душителям
Всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям,
Мучителям людей!

Припев.

Не смеют крылья черные
Над Родиной летать,
Поля ее просторные
Не смеет враг топтать!

Припев.

Гнилой фашистской нечисти
Загоним пулю в лоб,
Отребью человечества
Сколотим крепкий гроб!

Припев.

Пойдем ломить всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую,
За наш Союз большой!

Припев.

Встает страна огромная,
Встает на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!

Припев.

Вокруг песни "Священная война" сложилась обширная мифология, существуют самые разные версии ее сочинения. Ниже мы приводим наиболее авторитетную.

В. В. Кожинов «Поэзия военных лет»

(…) Вспомним хотя бы десяток песен, созданных в 1941-1945 годах, известных во время войны всем и каждому и продолжающих свою жизнь по сей день; "В лесу прифронтовом" ("С берез неслышен, невесом..."), "Огонек" ("На позицию девушка провожала бойца..,") и "Враги сожгли родную хату..." Михаила Исаковского, "Соловьи" ("Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат..."), "На солнечной поляночке..." и "Давно мы дома не были" ("Горит свечи огарочек.,.") Алексея Фатьянова, "В землянке" ("Бьется в тесной печурке огонь...") Алексея Суркова, "Дороги" ("Эх, дороги, пыль да туман...") Льва Ошанина, "Случайный вальс" ("Ночь коротка, спят облака...") Евгения Долматовского, "Темная ночь" Владимира Агагова (для которого эта песня, по-видимому, была единственным творческим взлетом...). Слова этих песен, конечно же, всецело порождены войной, но на первом плане в них - не война, а тот мир, который она призвана спасти.

Правда, есть еще одна также известная всем и тогда, и теперь песня, которая имеет иной характер - "Священная война" ("Вставай; страна огромная...") Василия Лебедева-Кумача. Ho вo-первых, она - одна такая, а во-вторых, это, в сущности, не песня, а военный гимн. Написанные в ночь с 22 на 23 июня (24 июня текст был уже опубликован в газетах) слова этого гимна, надо прямо сказать, не очень уж выдерживают художественные критерии; у Лебедева-Кумача есть намного более "удачные" слова песен,- скажем:
Я на подвиг тебя провожала,-
Над страною гремела гроза.
Я тебя провожала
И слезы сдержала
И были сухими глаза...

Но в "Священной войне" все же имеются своего рода опорные строки, которые находили и находят мощный отзвук в душах людей:
...Вставай на смертный бой .
...Идет война народная, Священная война...

И о противнике:
Как два различных полюса
Во всем враждебны мы...

И призыв, близкий по смыслу другим песням:
...Пойдем ломить всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую...

На эти строки, в свою очередь, оперлась героико-трагическая мелодика композитора А. В. Александрова, и родился покоряющий всех гимн. Надо иметь в виду, что гимн этот люди, в общем, не столько пели, сколько слушали, подпевая ему "в душе", и едва ли помнили его слова в целом, - только "опорные".

Как и многие обладающие высокой значимостью явления, "Священная война" обросла легендами - и позитивными, и негативными. С одной стороны, постоянно повторяли, что прославленный Ансамбль песни и пляски Красной Армии пел ее для отправлявшихся на фронт войск на Белорусском вокзале уже с 27 июня 1941 года. Между тем скрупулезный исследователь знаменитых песен Юрий Бирюков по документам установил*, что вплоть до 15 октября 1941 года "Священная война" была, как говорится, в опале, ибо некие предержащие власти считали, что она чрезмерно трагична, с первых строк обещает "смертный бой", а не близкое торжество победы... И только с 15 октября - после того, как враг захватил (13-го) Калугу и (14-го) Ржев и Тверь-Калинин, - "Священная война" стала ежедневно звучать по всесоюзному радио. Сцену же, якобы имевшую место в первые дни войны на Белорусском вокзале, создал художественным воображением Константин Федин в своем романе "Костер" (1961-1965), и отсюда сцена эта была перенесена в многие будто бы документальные сочинения.

С другой стороны, с 1990 года начали публиковаться совершенно безосновательные выдумки о том, будто бы "Священная война" была написана еще в 1916 году неким обрусевшим немцем. Но это - один из характерных образчиков той кампании по дискредитации нашей великой Победы, которая столь широко развернулась с конца 1980-х годов: вот, мол, "главная" песня сочинена за четверть века до 1941-го, да еще и немцем... Юрий Бирюков, анализируя сохранившуюся в Российском государственном архиве литературы и искусства черновую рукопись Лебедева-Кумача, в которой запечатлелись несколько последовательных вариантов многих строк песни, неоспоримо доказал, что текст принадлежит ее "официальному" автору.

Важно сказать еще, что нынешние попытки дискредитации прославленной песня лишний раз свидетельствуют о той первостепенной роли, которую сыграла песня (и поэзия вообще) в деле Победы! Ибо оказывается, что для "очернения" великой войны необходимо "обличить" и ее песню...
Сам Г. К. Жуков на вопрос о наиболее ценимых им песнях врйны ответил так; ""Вставай, страна огромная...", "Дороги", "Соловьи".., Это бессмертные песни... Потому что в них отразилась большая душа парода", и высказал уверенность, что его мнение не расходится с мнением "многих людей"*. И в самом деле к маршалу, конечно же, присоединились бы миллионы людей, хотя и добавив, может быть, в его краткий перечень еще и "В лесу прифронтовом", "Темную ночь", "В землянке" и т. д.

Но обратим еще раз внимание на то, что собственно "боевая" песня - "Священная война" - только одна из вошедших в "золотой фонд"; остальные, как говорится, "чисто лирические". И вроде бы даже трудно совместить "ярость" этого гимна с просьбой к соловьям "не тревожить солдат", хотя маршал Жуков поставил и то и другое в один ряд. (...)

из книги В.В. Кожинова «Россия век XX (1939 - 1964)» Москва, 1999


Мама для тебя поёт: "Поспи крошка,
Детство - мёд,
Поживи немножко и дёгтя ложка
Постучит холодным металлом в окно,
И потянет на дно.
Всё одно, лет через 10 приходи ширяться,
вскрываться на раз, заразой цепляться
За разные судьбы, за разбитые лица,
Биться в близком блице за условные единицы.
Приходи - все готовы, всегда готовы
Невесты-жёны, они же вдовы,
Те, кто направит и кто достанет,
понимая - чувачoк-то ведь до ста не дотянет,
Белым пальцем поманят и не отпустят.
Пусть те, которые пока не знают, где устье,
В воду не входят, вернуться не просто.
Костный мозг врастает венами в остров.
 
СергейДата: Пятница, 27.06.2008, 01:58 | Сообщение # 4
капитан
Группа: SuperМодератор
Сообщений: 246
Репутация: 1

Статус: Offline
Про песню интересно написал.

Священная война
Музыка: А.Александров Слова: В.Лебедев-Кумач 1941 г. Опубликовано на http://www.sovmusic.ru

Песня в формате MP3 (872 Кб)

Источник: www.9may.ru
P.S. Саш, пиши шрифтом поменьше.

 
ZauroFFДата: Пятница, 27.06.2008, 21:12 | Сообщение # 5
майор
Группа: Администратор
Сообщений: 209
Репутация: 1
Религия: Православие

Статус: Offline
Quote
P.S. Саш, пиши шрифтом поменьше.

меня люди в личке попросили))))))покрупнее)

Добавлено (27.06.2008, 20:45)
---------------------------------------------
Освенцим - конвейер смерти
[img]http://www.dw-world.de/image/0,,484401_1,00.jpg[/img]

Освенцим был крупнейшим лагерем уничтожения, созданным нацистами. Здесь машина массового истребления достигла своего совершенства. Газовые камеры и гигантские крематории поставили смерть людей на индустриальную основу.

Только в газовых камерах концлагеря смерти было уничтожено не менее одного миллиона человек. Еще 200 тысяч погибли из-за болезней, голода, бесчеловечного обращения, варварских медицинских экспериментов. Своей кульминации кровавый конвейер в Освенциме достиг в 1944 году, когда ежедневно в концлагере убивали до шести тысяч человек. Освенцим стал синонимом массового уничтожения нацистами евреев, цыган, представителей других наций и народностей. 27 января 2005 года на территории бывшего концлагеря отмечается 60-летняя годовщина освобождения оставшихся в живых заключенных частями Красной Армии.

27 января 1945 года после ожесточенных боев с частями СС, охранявшими лагерь, Освенцим был взят наступавшей Красной Армией. 231 красноармеец погиб при освобождении 8 тысяч еще остававшихся в живых заключенных.

Газовые камеры и крематории
[img]http://www.dw-world.de/image/0,,1098425_1,00.jpg[/img]

Среди выживших была Анита Ласкер. В апреле 1945 года она рассказала об ужасах, свидетелем которых ей суждено было стать. "Каждый новый транспорт с заключенными встречал комендант лагеря и врач. Прибывших подвергали сортировке. Для этого их спрашивали о возрасте и состоянии здоровья. Ничего не подозревавшие люди жаловались на болезни, надеясь, что смогут получить помощь медиков. Однако тем самым они подписывали себе смертный приговор. Особо тщательно допрашивали стариков и детей. Затем звучали команды "Направо!" или "Налево!". Направо – в лагерные бараки, налево – в печь".

Концентрационный лагерь Освенцим-Биркенау был создан по указу шефа СС Генриха Гиммлера в 1940 году в шестидесяти километрах юго-
западнее Кракова, первоначально как место
заключения для политических противников нацистского режима. В 1941 году комплекс был расширен и оборудован газовыми камерами. Немецкие "ученые" открыли, что газ "Циклон-Б", созданный как средство борьбы с крысами на кораблях, вырабатывал в воздухе пары, способные в течение нескольких минут умертвить человека. Это открытие нашло широкое применение в концлагере. Тела убитых сжигались в гигантских крематориях.

Бесчеловечные эксперименты и каторжный труд

[img]http://www.dw-world.de/image/0,,419298_4,00.jpg[/img]

Кого отправить сразу после прибытия в газовую камеру, кого оставить в живых, решали врачи и эсэсовское руководство лагеря. Одним из медиков в концлагере был Йозеф Менгеле. Анита Ласкер так вспоминает о нем. "Доктор Менгеле занимался исследованиями. Это означало, что в свой хорошо известный в Освенциме десятый блок он набирал женщин
для экспериментов. Там над людьми ставили опыты
как на морских свинках. Менгеле предпочитал для своих экспериментов человеческий материал".

Тех, кого оставили в живых, отправляли на каторжные работы. Одним из самых крупных потребителей рабского труда был немецкий химический концерн IG Farben. Не гнушались рабской рабочей силой из числа заключенных и другие крупные германские компании (например, фирма Krupp), разместившие свои филиалы в непосредственной близости от лагеря. Средняя продолжительность жизни заключенного в Освенциме составляла три месяца.

Марш смерти

[img]http://www.dw-world.de/image/0,,1464589_4,00.jpg[/img]

"Каждую неделю проходили так называемые сортировки", - вспоминает пережившая Освенцим Шарлотте Грунов. – "Люди должны были часами стоять у своих бараков, ожидая прихода Менгеле. Одним движением руки он отправлял не понравившихся ему в двадцать пятый блок - на
смерть.

Чтобы замести следы преступлений, в конце 1944 года эсэсовцы взорвали газовые камеры и вывезли из лагеря большинство заключенных. Многих из них эвакуировали уже в самые последние дни перед приходом Красной Армии. Житель Праги Павел Кон вспоминает: "Под конвоем эсэсовцев и солдат вермахта мы шли к неизвестной цели день и ночь. Тех, кто был не в состоянии идти, пристреливали на месте". Для тысяч участников этого "этапа смерти" освобождение пришло уже слишком поздно.

Биргит Гёртц

Добавлено (27.06.2008, 20:53)
---------------------------------------------
Рабочие будни Освенцима

Они думали, что делают благое дело...

Добавлено (27.06.2008, 21:06)
---------------------------------------------
еще немного. что пишут в о лагере в наше время.

Освенцим. 40 гектаров смерти

Андрей Румянцев

Ровно 60 лет назад советские войска подошли к польскому местечку, про ужасы которого ходили только слухи. Надпись над входом в концлагерь Освенцим гласила: "Труд делает свободным". На следующей неделе состоятся торжества в честь юбилея освобождения.

"Вас привезли сюда не в санаторий, а в немецкий концлагерь. Помните, отсюда есть только один выход - через трубу крематория". Голос заместителя коменданта Фрача - первое, что услышал в Освенциме Тадеуш Соболевски, когда, попав в лагерь, из 17-летнего паренька превратился в узника №23053.

До перевода в Бухенвальд он проведет здесь два года, но в тот осенний день 1941 года ему хватило и нескольких минут, чтобы понять: гимназия, любовь родителей, обычная жизнь - все в прошлом.

"Готовили суп для узников, конечно, без жира и мяса. Когда несли полный котел, похлебка проливалась, - вспоминает бывший узник Освенцима Тадеуш Соболевски. - Я увидел, как люди лизали землю, если капля упала. Сейчас это трудно представить, но эсэсовцы за это еще и били голодных людей. Наша самая страшная проблема здесь была голод".

В начале 1940-го рейсфюрер СС Генрих Гиммлер отдал приказ устроить в Освенциме лагерь для участников польского Сопротивления. Но скоро этого стало мало. Гитлер на конференции под Берлином распорядился окончательно решить "еврейский вопрос". К этому времени уже шла война с Советским Союзом, врагов Третьего рейха становилось все больше. Вот тогда и появился Освенцим, который мы знаем, - 40 гектаров смерти.

Перед инженерами поставили задачу: нужен крематорий, потому что иначе с телами погибших слишком много проблем. Инженеры посчитали: три печи, уголь, загрузка 24 часа в сутки. Они выдали ответ: можно сжечь 340 человек. Начальство инженеров поблагодарило, но поставило новую задачу - увеличить производственную мощность.

За огромным музейным стеклом - две тонны человеческих волос - это то, что не успели использовать. Лагерь поставлял их по 50 пфеннигов за один килограмм. Промышленники брали охотно - получались недорогая прочная ткань и веревки.

В это время другие экспериментировали с газом, его назвали "Циклон-Б". "Здесь были убиты газом сразу 900 советских военнопленных осенью 1941 года. Они были первыми заключенными, на которых испытывали этот газ. Его подавали через отверстие в потолке. А люди ведь не знали, куда идут. Им сказали раздеться, как на санобработку. Но после того, как первый раз пустили газ, эсэсовцы проверяли, живы пленные или нет. Они брали гвоздь и тыкали им в тело, устанавливая, наступила смерть или нет", - рассказывает Тадеуш Соболевски.

"На Восточном фронте, как только у немцев дела пошли хуже, эсэсовцы всю злобу вымещали на русских. Их было двенадцать тысяч, осталось, может быть, человек шестьдесят. Например, у них такое было наказание: в бараке открывали двери с одной и с другой стороны, а дело было зимой, и заключенные должны были стоять голыми. Надзиратели еще и поливали их холодной водой из шланга", - вздыхает другой бывший узник Освенцима Август Ковальчик.

Август Ковальчик только накануне вернулся в Варшаву - хоронил друга, бывшего узника Освенцима. Всего их в Польше осталось 13 тысяч. Но смертность составляет 20 процентов в год, поэтому пан Ковальчик, в прошлом еще и популярный актер, старается встречаться с молодежью, например, с немецкой. Неделю назад на подобной встрече 16-летняя школьница спросила его: "Вы ненавидите нас, немцев?"

"Самое большое счастье для меня, когда я могу сейчас по-братски поприветствовать немца. Я его прижимаю к себе, немного держу, а потом говорю - все, пока. Вот мой ответ", - говорит Ковальчик.

Советские солдаты освободили Освенцим 27 января 1945 года. Там оставалось менее семи тысяч человек. Немцы разрушили все пять крематориев, газовые камеры, а большую часть узников вывезли. Те, которые остались, сами говорили: мы уже не люди после того, что здесь пережили.

"На нарах спали, попробуйте представить, до шести человек. Зимой у многих - это страшная правда - было недержание. И все это стекало с верхних нар на нижние. А в туалет ночью пойти было кошмаром. Надзиратели били людей, потому что у них была инструкция: отхожее место должно быть чистым", - рассказывает Тадеуш Соболевски.

Почти 30 миллионов туристов посетили это мрачное место, где, по разным данным, были убиты от одного до полутора миллионов человек, в основном евреев. Коменданта лагеря Гессе судили в 1947-м в Варшаве. Он был приговорен к смертной казни. В заключительном слове Гессе сказал: "Приказ уничтожать людей был каким-то чудовищным, однако тогда я об этом не задумывался. Я получил приказ и должен был его выполнять".

Самый страшный концлагерь нацистских времен был освобожден солдатами нашей страны, которая и сама большую часть своей истории никогда не была образцом демократии и не уважала права человека. Ныне советским солдатам первым пришлось увидеть, к чему может привести диктатура в крайней степени ее проявления, когда уважение к личности полностью растоптано государством.

Смысл мероприятий, которые пройдут здесь 27 января, не только в том, чтобы напомнить о преступлениях фашистов и героизме Красной армии. Освенцим доказал: как только банальные вещи вроде демократии и прав человека, начинают казаться несущественными, несущественной становится и жизнь людей.

=============

всё еще хочется смеяться?

=============

Добавлено (27.06.2008, 21:07)
---------------------------------------------
ВОСПОМИНАНИЯ РУДОЛЬФА ФРАНЦА ХЁССА

Концентрационный лагерь в Освенциме (1940-1943)

Когда было окончательно решено организовать лагерь в Освенциме, не было надобности слишком долго искать в Инспекторате человека на должность коменданта. Лориц (2) мог от меня избавиться и получить должность начальника лагеря, (3) которая его больше устраивала(...)

Так я стал комендантом организующегося в Освенциме лагеря-карантина.

Это было далеко, в Польше. Там неугодный Хёсс мог без всяких ограничений проявить свое рвение в работе. Так думал Глюке, инспектор концентрационных лагерей. При таких обстоятельствах я приступил к своим новым обязанностям. Лично я никогда не ожидал, что так скоро стану комендантом, ведь несколько опытных начальников лагерей уже давно ждали назначения на этот пост.

Задача была не из легких. Используя уже существующие здания, которые, правда, были добротно построены, но находились в запущенном состоянии и кишели насекомыми, я должен был в самый короткий срок организовать пересыльный лагерь для 10.000 узников. (4)

С точки зрения гигиены не хватало всего. Еще до отъезда, в Ораниенбурге (5) меня предупредили, что я не могу особенно рассчитывать на помощь и по мере возможности должен решать все сам. Там, в Польше, пока еще есть все, чего уже много лет нет в Германии.

Значительно легче организовать совершенно новый лагерь, чем на базе имеющихся, неподходящих зданий и бараков суметь быстро создать нечто такое, что можно было бы использовать под лагерь, причем, согласно полученному приказу, без значительных перестроек.

Вскоре после моего прибытия в Освенцим инспектор полиции безопасности и службы безопасности во Вроцлаве (6) обратился ко мне с вопросом, когда я смогу принять первые эшелоны узников.

Я понимал, что из Освенцима можно сделать нечто полезное только благодаря упорному труду всех, начиная с коменданта лагеря и кончая последним узником. Чтобы привлечь всех к выполнению поставленных задач, мне приходилось ломать все традиции и навыки, характерные для концентрационных лагерей.

Чтобы требовать от своих офицеров и солдат наибольшей отдачи, я и сам должен был подавать им хороший пример. Когда будили рядового эсэсовца, вставал и я. Я был уже на посту, когда он только еще начинал свою службу; и только поздним вечером шел отдыхать. Мало было в Освенциме ночей, когда меня не беспокоили телефонными звонками по непредвиденным обстоятельствам. Чтобы узники хорошо работали, к ним нужно было лучше относиться. А в повседневной практике бывало наоборот. Я надеялся, что смогу обеспечить узников лучшим питанием и жильем, чем в старых лагерях.

Все, что мне казалось неправильным, я хотел организовать по-новому. Я думал, что благодаря этому узники станут охотнее работать. Нужно было добиться того, чтобы они отдавали работе всю свою энергию и силы. Я с полной уверенностью рассчитывал на это.

Однако уже в первые месяцы и даже недели я заметил, что моя добрая воля, мои благие намерения разбиваются, наталкиваясь на сопротивление большинства офицеров и солдат СС (7), находившихся в моем подчинении, из-за их низких человеческих качеств. Всеми возможными способами я старался убедить своих сослуживцев в правоте моих замыслов и стремлений, пробовал объяснить им, что только работая сообща, наш коллектив сможет достичь хороших результатов, что только при таких условиях работа может быть плодотворной, и мы сумеем выполнить поставленные перед нами задачи. Увы, мои усилия оказались тщетными.

На "старых" лагерных работников оказало большое влияние многолетнее "обучение" Айке, (8) Коха, (9) Лорица; оно вошло им в кровь настолько глубоко, что даже те, которые хотели как можно лучше, уже не умели поступать иначе, чем на протяжении многих лет лагерной службы. "Новые" быстро учились от "старых", к сожалению, не самому лучшему.

Все мои старания, чтобы Инспекторат концентрационных лагерей направил в мое распоряжение хотя бы нескольких хороших офицеров и унтер-офицеров СС, кончились ничем: Глюке просто не хотел этого. Так же было с узниками, которых нужно было назначить на административные посты. Начальнику рапорта (10) Паличу было поручено отобрать тридцать профессиональных преступников разных профессий (РСХА (11) не захотело направить на административные посты в Освенцим политических заключенных).

Из тех узников Заксенхаузена (12), которых предоставили в распоряжение Палича, он выбрал, по его мнению, тридцать лучших (13).

Но если принять во внимание мои намерения, то и десять из них не годились для той работы, которая их ждала. Палич руководствовался своим собственным понятием о том, как надо относиться к узникам; его этому научили, он к этому привык, и весь склад его ума не позволял ему поступать иначе.

Таким образом, все мои проекты, бывшие как бы фундаментом организации лагеря, заведомо были обречены на провал. С самого начала вошли в жизнь другие принципы, которые позднее неизбежно должны были привести к неимоверным последствиям.

А была возможность избежать этого, если бы мои помощники серьезнее отнеслись к моим идеям и планам. Они не хотели и даже не были в состоянии сделать этого из-за своей ограниченности, упрямства и злобности, а в немалой степени и лени. Для них именно ничтожества были самыми подходящими, потому что отвечали их нраву и взглядам.

Непосредственное руководство лагерем находится в руках его начальника, хотя и комендант, в зависимости от его энергичности и заинтересованности, влияет на то, как складывается лагерная жизнь. Комендант лагеря определяет главное направление в руководстве и в конечном итоге отвечает за все. Но настоящим хозяином лагеря, под контролем которого находится вся жизнь в лагере, от которого целиком зависят отношения в лагере, является начальник лагеря или начальник рапорта, если это человек толковый и волевой.

Комендант лагеря отдает общие директивы и распоряжения, касающиеся жизни узников, руководствуясь своими соображениями, а выполнение их зависит исключительно от доброй воли и здравого смысла руководства лагеря: начальника или рапортфюрера. Разве что комендант решит взять на себя обязанности своих подчиненных, если не доверяет этим людям и считает, что они не годятся для этой работы. Только так можно быть уверенным, что все распоряжения и приказы выполняются в соответствии с волей коменданта лагеря.

Даже командиру полка нелегко узнать, проверить, насколько точно вы полнены его приказы, особенно, если они касаются дел, выходящих за рамки повседневных. Насколько же труднее коменданту лагеря узнать, правильно ли были поняты и точно ли выполнены его приказы относительно узников, а это часто бывали важные приказы. Повседневный контроль над тем, как осуществляется власть над узниками, невозможен.

С точки зрения дисциплины и престижа, комендант лагеря не может расспрашивать узников об их начальстве из СС, исключая, безусловно, крайние случаи, когда речь идею расследовании совершенного преступления. Но даже тогда почти все без исключения узники ничего не знают или отвечают уклончиво, опасаясь репрессий (14).

Я очень хорошо знал это по Дахау (15) и Заксенхаузену, где поначалу был начальником блока (16), потом рапорта, а затем начальником лагеря. Мне хорошо известно, как в лагерях изменяют и даже абсолютно извращают нежелательные приказы и к тому же делают это так, что отдавший их даже не замечает этого.

Вскоре в Освенциме я убедился, что и здесь будет то же самое. Радикальная перемена могла наступать только при условии освобождения от служебных обязанностей всего руководства лагеря, но на это никогда бы не согласился Инспекторат концентрационных лагерей. Я был не в состоянии лично проследить, как в деталях выполнялись мои приказы. Это можно было бы сделать только в том случае, если целиком отказаться от своей главной задачи - организовать и открыть в кратчайший срок концентрационный лагерь - и взять на себя роль начальника лагеря.

Именно в начальной стадии организации лагеря, учитывая образ мыслей его руководства, я должен был постоянно находиться в нем. Однако я вынужден был часто уезжать из лагеря, потому что большинство моих подчиненных всех рангов не имело достаточной квалификации для решения текущих дел.

Чтобы открыть лагерь и обеспечивать узников питанием, я должен был лично проводить совещания с хозяйственными отделами, со старостой и президентом регентства.

Административный начальник лагеря (17), мой подчиненный, был круглым дураком, и я вынужден был организовать за него доставку хлеба, мяса или картошки для гарнизона освенцимского лагеря и заключенных. Я даже ездил по деревням за соломой.

Поскольку я не мог рассчитывать ни на какую помощь со стороны Инспектората концентрационных лагерей, мне приходилось самому заботиться обо всем: всевозможными способами доставать грузовые и легковые машины, запасные части к ним, ездить в Рабку и Закопане за котлами для лагерной кухни, а в Судеты - за кроватями и сенниками. С начальником строительства я ездил доставать необходимые строительные материалы, потому что сам он ничего не мог сделать.

А в это время компетентные власти все еще продолжали вести в Берлине споры о том, как нужно расширять лагерь в Освенциме. Согласно договору, весь объект находился в ведении военных властей и был передан СС только на время войны.

Главное управление имперской безопасности, начальник полиции безопасности и службы безопасности во Вроцлаве все время запрашивали, когда мы сможем принять большие контингенты узников, а я все еще не знал, откуда взять хотя бы 100 метров колючей проволоки. В Гливицах на саперском складе валялись груды колючей проволоки, но я ничего не мог получить оттуда без согласия штаба саперных войск, находившегося в Берлине.

Невозможно было добиться помощи в этом вопросе от Инспектората концентрационных лагерей, мне пришлось просто-напросто украсть часть необходимой колючей проволоки. Я отдал приказ разобрать остатки полевых военных укреплений и разбивать бункеры, чтобы иметь арматурное железо. Когда удавалось обнаружить нужные мне строительные материалы, я просто приказывал забрать их, не интересуясь, кому они принадлежат и не заботясь о том, что превышаю свои компетенции, ведь я должен был со всем справляться сам.

Одновременно происходило выселение польских жителей из прилегающей к лагерю первой зоны, а во второй были начаты работы. Я должен был заботиться об использовании полученной таким образом территории (18).

В конце ноября 1940 года рейхсфюреру СС (19) было послано первое донесение и получен приказ о расширении лагеря. Мне казалось, что в связи с расширением и строительством основного лагеря у меня и так уже слишком много работы, но это было еще не все: первое донесение было началом бесконечной цепи новых инструкций и планов.

Поначалу я был совершенно поглощен, просто одержим порученным мне заданием; возникающие трудности еще больше подогревали мой энтузиазм, я не хотел сдаваться - самолюбие не позволяло. Я видел только работу.

Занимаясь всеми этими делами, я не мог уделять много времени жизни в лагере и самим узникам. Это совершенно понятно. Я вынужден был предоставить узников таким крайне отрицательным типам, как Фрич (20), Мейер (21), Зейдлер (22) и Палич, хотя знал, что они не организуют для узников такого лагеря, как я планировал.

Но я мог посвятить себя только одному заданию, и должен был выбрать между узниками и энергичной работой над расширением и застройкой лагеря. Каждое из этих заданий требовало полной отдачи сил и полного внимания; совмещение их было делом невозможным.

Однако моей главной задачей было и осталось навсегда строительство лагеря и его расширение. С годами вставали новые задачи, но основное задание, целиком поглощавшее меня, осталось неизменным. Я посвятил ему все думы и старания: все остальное было на втором плане. Только сквозь эту призму я руководил другими делами и только под этим углом зрения смотри на все остальное.

Глюке не раз говорил мне, что моя главная ошибка - то, что я все делаю сам, вместо того, чтобы дать работать моим подчиненным. Надо смотреть снисходительно на ошибки людей, совершенные ими в результате того, что они просто не способны сделать лучше; не все бывает так, как человеку хотелось бы. Глюке не принял моего упрека в том, что в Освенциме я располагаю не наилучшими офицерами и унтер-офицерами СС, что дело не столько в их неспособности, сколько в сознательно халатном отношении к службе, и что именно это обстоятельство заставляет меня вмешиваться в самые важные и неотложные дела.

Глюке считал, что комендант лагеря должен руководить лагерем из своего кабинета и с помощью приказов и телефона держать в руках весь лагерь; вполне достаточно, если комендант время от времени пройдется по лагерю. Святая наивность! Это объясняется только тем, что Глюке сам никогда не работал ни в одном лагере, поэтому не был в состоянии понять мои трудности.

Это непонимание со стороны моих начальников доводило меня почти до отчаяния. Я вкладывал в работу все свои способности, волю, я целиком посвятил себя ей, а Глюке видел в этом только каприз и развлечение. По его мнению, я относился к поставленной задаче, как маньяк, и дальше этого ничего не видел.

Приезд в лагерь рейхсфюрера СС в марте 1941 года выдвинул новые задачи (23), но не оказал мне ни малейшей помощи в неотложных делах. Я утратил последнюю надежду на улучшение лагерных кадров СС, на то, что получу в распоряжение людей, достойных моего доверия. Я вынужден был работать с теми, кто был в моем подчинении, и нести свой крест. У меня было всего лишь несколько подчиненных, которым можно было доверять, но они, к сожалению, не занимали ответственных постов. Я взваливал на них очень много работы и часто слишком поздно убеждался в том, что чрезмерные обязанности вредны.

Окруженный людьми, не заслуживающими моего доверия, я стал в Освенциме другим человеком. До этого я видел в людях, особенно в коллегах, только хорошее и это длилось так долго, пока я не убеждался в противном. Мое доверие не раз меня подводило. В Освенциме я изменился, я знал, что сослуживцы обманывают меня на каждом шагу, ежедневно я переживал все новые и новые разочарования. Я стал подозрительным и везде усматривал желание ввести меня в заблуждение, видел только плохое. В каждом новом человеке я видел заведомо только зло, и поэтому морально ранил и настроил против себя много хороших и порядочных людей.

Дружба, товарищеские отношения, которые до этого были для меня святым делом, стали теперь смешны именно потому, что старые коллеги так сильно меня разочаровали и обманули. Мне опротивели все товарищеские вечеринки, я не хотел никуда ходить и было доволен, если удавалось найти повод, чтобы не прийти и оправдаться за свое отсутствие. Коллеги упрекали меня. Да и Глюке не раз обращал мое внимание на то, что в Освенциме нет товарищеской атмосферы между комендантом и его офицерами. А я просто был уже не способен на это, разочарование было слишком велико.

Я все больше замыкался в себе, становился все более неприступным, с каждым днем делался все тверже. Моя семья, особенно жена, страдала от этого. Я бывал просто невыносим: ничего не видел кроме работы и задач, возложенных на меня. Я не мог уже реагировать по-человечески. Жена пробовала вырвать меня из этой замкнутости, приглашая наших добрых знакомых. Вместе с моими коллегами она пыталась сделать так, чтобы я не отгораживался от них (24). Она приглашала гостей и устраивала дружеские встречи вне дома, хотя ей самой это тоже не нравилось. На какое-то время я был вырван из моего сознательного одиночества, однако новые разочарования вновь отгораживали меня стеклянной стеной отчуждения.

Даже посторонних огорчало мое поведение, но я уже не мог иначе. В результате постоянных разочарований я сделался в какой-то степени мизантропом. Часто бывало так, что на вечеринках в кругу близких знакомых я становился вдруг молчаливым и отталкивающим; предпочел бы уйти, чтобы пребывать в одиночестве и никого не видеть. Усилием воли я брал себя в руки и под влиянием алкоголя старался избавиться от подступающего плохого настроения, снова становясь разговорчивым, оживленным и даже веселым.

Алкоголь быстро приводил меня в хорошее настроение и вызывал чувство доброжелательности ко всему свету; я никогда ни с кем не ругался под воздействием алкоголя. В состоянии опьянения я уступал во многом, на что не был бы способен в трезвом виде. И, однако, я никогда не пил один и никогда у меня не было такого желания. Пьяным я тоже никогда не был и под влиянием выпитого не позволял себе лишнего. Когда бывало "по горло", потихоньку уходил. Из-за алкоголя я ни разу не пренебрег служебными обязанностями. Как поздно ни возвратился бы я домой, на следующий день я пунктуально приходил на службу в бодром состоянии.

Такого же поведения я требовал от своих офицеров. Это был вопрос дисциплины. По-моему, отсутствие руководителя в начале рабочего дня, да еще из-за алкоголя, оказывает самое глубокое деморализующее влияние на подчиненных. Но я не находил понимания; офицеры подчинялись приказу, вынужденные к этому моим присутствием, но всячески поносили "сплин старика".

Чтобы справиться с возложенным на меня заданием, я должен был быть как мотор, который все время подталкивает вперед, подгоняет на строительстве, увлекая за собой всех, начиная с рядового эсэсовца и кончая узником. Я должен был преодолевать на строительстве не только трудности, вызванные войной, но и каждый день, каждый час, постоянно бороться с равнодушием и халатностью моих сотрудников, с их нежеланием поддержать меня. Активному сопротивлению можно противостоять, но перед лицом пассивного чувствуешь себя бессильным, потому что его очень трудно уловить, хотя повсюду и видны его следы. И если нельзя было поступать иначе, я вынужден был силой принуждать к работе тех, кто не хотел работать.

Если до войны концентрационные лагеря были самоцелью, то во время войны они стали - по воле рейхсфюрера - средством для достижения цели, Прежде всего они служили теперь войне, вооружению. Каждый узник по мере возможности должен был работать на предприятиях военной промышленности (25).

Обязанностью коменданта было со всей беспощадностью приспособить лагерь к этой цели. Освенцим, по воле рейхсфюрера СС, должен был стать мощным центром военной промышленности. Заявления, сделанные Гиммлером по случаю посещения им лагеря в марте 1941 года, не оставляли в этом никаких сомнений. Новый лагерь для 100.000 военнопленных, расширение старого лагеря до 30.000 узников, приготовление для Бунье 10.000 узников - все эти цифры говорили сами за себя. В то время эти масштабы были новыми в истории концентрационных лагерей; лагерь, рассчитанный на 10.000 узников, казался тогда громадным.

Мою бдительность усилил тот факт, что рейхсфюрер СС настаивал на скорейшем расширении лагеря, на увеличении темпов его строительства; он не хотел считаться ни с какими трудностями, проблемами, нехватками, которых иногда невозможно было избежать. Его отношение к существенным упрекам, выдвинутым гаулейтером (27) и президентом регентства (28), натолкнули меня на мысль о том, что готовится что-то необыкновенное.

Я уже привык ко многому, что касалось СС и рейхсфюрера. И все-таки суровость и настойчивость, с какой Гиммлер требовал скорейшего выполнения своих текущих приказов, была у него чем-то новым. Это заметил даже Глюке. А за выполнение этих планов отвечал только я один. Из ничего и без ничего я должен был как можно быстрее (по тогдашним понятиям) построить нечто огромное; без всякой действенной помощи начальства, да еще с такими "помощниками".

А как обстояли у меня дела с рабочей силой? Во что был превращен лагерь? Руководство лагеря приложило максимум усилий, чтобы по отношению к узникам сохранить традиции Айкке.

Дахау - Фрич и

Заксенхаузен - Палич,

к этому еще надо прибавить Бухенвальд - Мейер:

все они старались перещеголять друг друга в применении "наилучших методов" (29).

Они не верили, когда я повторял им, что методы Айкке уже давно устарели, потому что концентрационные лагеря претерпели изменения. Из ограниченных умов этих людей нельзя было выбить идеи, которые заложил в них Айкке, и нужно сказать, что эти идеи более соответствовали складу их ума. Мои приказы, которые шли вразрез с тем, чему их научил Айкке, они просто переиначивали. Ведь не я, а они задавали тон в лагере; они инструктировали узников, занимавших разные должности, начиная с самых ответственных, кончая самым незаметным писарем блока. Им подчинялись начальники блоков, получавшие от них указания о том, как следует обходиться с узниками.

Но я об этом уже многое сказал и написал (30). Перед пассивным сопротивлением я был бессилен. Это может понять только тот, кто сам несколько лет служил в концентрационном лагере.

Я уже раньше писал о том, какое влияние оказывали на рядовых узников лагерники, занимавшие разные должности. Это было особенно заметно в огромной массе узников концентрационного лагеря Освенцим-Бжезинка и имело решающее значение. Казалось бы, одинаковая судьба и общие страдания должны привести к несгибаемой солидарности, неразрывной, крепкой общности. Нет ничего ошибочнее.

Нигде безграничный эгоизм не проявляется так явственно, как в неволе: чем труднее становилось жить, тем острее проявлялся эгоизм, вытекающий из инстинкта самосохранения. Даже те люди, которые в условиях нормальной жизни добродушно и охотно помогали другим, в лагере способны были беспощадно тиранить своих же товарищей, если это хоть в какой-то степени облегчало их собственную жизнь.

Что же говорить о натурах эгоистичных, холодных, склонных к преступлениям? Они безжалостно относятся к несчастью своих товарищей, если это приносит им хотя бы самую маленькую корысть.

Особенно страдают впечатлительные натуры, узники с мягким характером, не убитым еще жестокостью лагерной жизни. Они испытывают неописуемые моральные пытки из-за низкого, грубого отношения к ним, не говоря уже о физических последствиях такого отношения. Необузданное своеволие и жестокость надзирателей не ранят их так глубоко и болезненно, как гнусное отношение со стороны товарищей по несчастью.

Психику этих людей травмирует то обстоятельство, что в полной беспомощности и бессилии они должны смотреть на то, как узники, имеющие в своих руках власть, мучают своих же товарищей. Беда тому, кто протестует против этого или пытается заступиться за обиженного. Террор людей, которым принадлежит власть внутри лагеря, слишком жесток, чтобы кто-то мог отважиться на сопротивление.

Почему заключенные, занимавшие даже самые небольшие должности, так относились к другим узникам, своим товарищам по несчастью? Они поступали так, потому что хотели показать себя с лучшей стороны стражникам и надзирателям с таким же образом мышления; старались показать, как круто могут поступать, надеясь тем самым получить какую-то выгоду или, по крайней мере, чем-то облегчить себе жизнь - всегда за счет других узников. Вести себя таким образом позволяет им стражник или надзиратель, который для собственной корысти равнодушно наблюдает за этим или нередко хвалит за такое поведение, исходя из низких побуждений, злых намерений. Бывает и так, что он даже провоцирует такое поведение, потому что ему доставляет сатанинскую радость "натравливание" одних узников на других.

Среди должностных узников есть и такие типы, которые мучают физически и психически других только потому, что в основе их характера лежит хамство, вульгарность и склонность к преступлениям. Не раз своим садизмом они затравливали человека на смерть. Даже во время моего теперешнего пребывания в тюрьме, хотя и в значительно меньшей степени, я вновь и вновь имею возможность видеть, как подтверждается то, о чем я говорил выше.

Нигде настоящий облик "Адама" (31) не проявляется так отчетливо, как в неволе. Все, что дается воспитанием, все приобретенное, что не составляет его сущности, исчезает. Со временем тюрьма срывает с него все маски и он перестает играть в прятки. Человек предстает перед нами во всей своей наготе таким, каков он есть: хорошим или плохим.

Как воздействовала жизнь в Освенциме на разные категории узников?

Для немцев, независимо от того, какого цвета треугольник (32) они носили, жизнь в лагере не была проблемой. Почти все без исключения они занимали "высокие" посты, вследствие чего имели все, что было необходимо для тела.

Они могли "организовать" (33) то, чего не доставали обыкновенным способом. Возможность "организовать" имели все "высокопоставленные" узники, независимо от национальности и цвета треугольника. Степень успеха определялась только способностями, отвагой, риском и наглостью. Возможности были всегда.

После того как началось массовое уничтожение евреев (34), практически не было ничего такого, чего невозможно было бы "организовать", Узники, занимавшие различные лагерные должности, пользовались к тому же свободой передвижения (35).

До начала 1942 года главный контингент лагеря составляли узники-поляки (36).

Все они знали, что останутся в лагере по крайней мере до конца войны, Большинство из них были уверены, что немцы проиграют войну, а после Сталинграда в этом уже никто не сомневался. Они получали вести от неприятеля и очень х<


Мама для тебя поёт: "Поспи крошка,
Детство - мёд,
Поживи немножко и дёгтя ложка
Постучит холодным металлом в окно,
И потянет на дно.
Всё одно, лет через 10 приходи ширяться,
вскрываться на раз, заразой цепляться
За разные судьбы, за разбитые лица,
Биться в близком блице за условные единицы.
Приходи - все готовы, всегда готовы
Невесты-жёны, они же вдовы,
Те, кто направит и кто достанет,
понимая - чувачoк-то ведь до ста не дотянет,
Белым пальцем поманят и не отпустят.
Пусть те, которые пока не знают, где устье,
В воду не входят, вернуться не просто.
Костный мозг врастает венами в остров.
 
Форум ПМО "Спас" » РАЗНОЕ » Общение » Хроники Великой Отечественной Войны. (повышаем наши с вами знания)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: